- Моя Жучка приводит их в дом по нескольку в год. У меня же не псарня! Я каждый раз дарю их знакомым и незнакомым, знакомым знакомых, незнакомым знакомых и знакомым незнакомых, но не всегда берут. До чего плохие люди, им их даже не жалко! - беспомощно взглянул он на мешок. - Они хорошие люди, - возразил Пальчик, - но они об этом забыли. И надо, чтоб им стало жалко. - Так вы считаете: раз нет жестокости, нет и жалости?.. - задумался человек. И вдруг с радостной свирепостью завопил: - Кому щенки?.. А не то всех утоплю! Сразу набежали добрые люди, забывшие, что они добрые. Вскоре мрачный весёлый человек остался лишь с одним щенком. - Злой, жестокий тип, - осудила хозяина толстая, как снеговая баба, девушка, уносившая сразу двух. - Мне их жалко, - оскорбился человек, - потому и угрожал! Я за шесть лет сорок восемь собачат раздал! Девушка тут же хотела вернуть ему щенков, но он угрюмо сказал: - Не топить же? Могу. И она поспешно удалилась. - Возьмёшь? - предложил он Пальчику последнего. - Да я уже... - Решение пришло внезапно. Пальчик обернулся на пса, который, по-прежнему поджав лапу, дежурил у входа в кафе. Пёс сразу понял - бездомные собаки сразу это понимают - и быстро подбежал к нему, как к своему господину, которого уже отчаялся найти. Чтоб подчеркнуть это, он сел рядом с Пальчиком и гавкнул на повеселевшего мрачного человека. - Умён - собака! - восхитился тот. - Вы не волнуйтесь, одного-то щенка как-нибудь да пристрою. - Нет, вы поймите, - затараторил Пальчик, - я, правда, вдруг решил взять его. Хотел уже вашего щенка, а потом вспомнил про него, - погладил он своего пса, - и подумал: "Всё равно надо брать, ведь нельзя жить без собаки!" А с двумя могут домой не пустить, верно? - Могут-могут, не мешай. Кому щенка? - закричал человек, держа последнего за шкирку. - Пошли, Гав, - тут же нашёл Пальчик имя своей собаке. И они пошли. Пальчик невольно оглядывался на того щенка, и Гав ревниво закрывал ему своим боком путь назад. Маленькая девочка в скверике, увидав Пальчика, дёрнула дедушку за штанину и заканючила: - Куклу хочу! Вот такую! - Это не кукла, а человек, - строго сказал дедушка.