- Вы зачем мою записку прочитали? Это нехорошо так делать (248).

Иван Иваныч пригляделся.

- Здрасьте, давно не виделись (249), - насмешливо пропел он. - А "приходи ко мне в общагу" - это хорошо (250)?

- Так я же по спору (251), - уныло сказала девчонка. - Я с нашими поспорила, что напишу, - вот и написала (252)... Ой, мне что теперь будет (253)!

- Да брось ты придумывать - ничего тебе не будет (254)! - вдруг рассердился Иван Иваныч. - В крайнем случае скажешь, что пошутила. Неужели люди шуток не понимают (255)?

- Ну да... У нас учителя, знаете, какие (256)?

Иван Иваныч цепко посмотрел на нее.

- Тогда идем, - сказал он.

- Куда? - насторожилась она.

- А вот там увидишь, куда, - зловеще сказал Иван Иваныч (257).

Девчонка отпрыгнула.

- Не на такую напали, - вдруг вызверилась она. - Думаете, поэты, так вам все можно (258)?

- Здрасьте! - удивился Иван Иваныч. - Да ты что?

- Ништо (259)!

Тут Иван Иванович не выдержал и захохотал (260).

- Чо (261), смешинка в рот попала (262)?

- Вон ты, оказывается, какая боевая (263)! - хохотал Иван Иваныч. - А я хотел вернуться, попросить, чтоб тебя сильно не ругали.

- Ага. Хватился (264), когда там уже никого нету, - сказала девчонка.

- Ладно, я тогда им завтра позвоню (265)...

- Да чо (266) уж там звонить, - она шмыгнула носом. - Как-нибудь и вправду отболтаюсь.

- Ты вообще-то кто такая (267)? - спросил Иван Иваныч.

- Я - Милка (268), - девушка протянула руку. - Людмила, - поправилась она. - Ну, мне пора. Прощайте, - солидно сказала она.

И повернулась (269).

- До свидания, - сказал Иван Иваныч и, не удержавшись, добавил (270): Экие у тебя перепады.

- Какие еще "перепады" (271)? - остановилась неудачливая (272) шутница.