- Обыкновенные необыкновенные (273). - Иван Иваныч снова приблизился к ней. - То - "ты мне нравишься, парняга", а тут вдруг - "не на такую напал".

- Ай, ну чо вы (274), правда, нудный такой. Как старик (275). Я ж сказала, что по спору написала.

- Ладно. Не сердись... Людмила (276). Давай я тебя до дому провожу.

И он взял ее под руку.

- Но только вы смотрите, чтоб... без этого (277), - покосилась она.

- Ладно, ладно, - пробормотал Иван Иваныч.

Он тоже поглядывал (278) на Милку, а та постепенно освоилась, затараторила. Рассказала, что приехала из Уяра (279) поступать в институт, да провалилась (280). Зато сейчас учится в училище, на последнем курсе. Живет на квартире (281). Скоро будет работать в аптеке.

- Домой вернешься? - спросил Иван Иваныч (282).

- Да ну его в болото (283), этот Уяр, - скривилась девушка. - Чего (284) мне там делать, в деревне (285)? Да и родных никого, кроме бабки, нету. Я здесь останусь. Профессия хорошая, жилплощадь могут со временем дать (286)...

Так, значит, все и началось. Расставаясь, они насчет (287) следующей встречи не договаривались, но однажды, совершенно случайно, столкнулись нос к носу у кассы кинотеатра "Октябрь" (288), которую осаждала толпа любопытствующих поглядеть на какие-то очередные парижские или египетские тайны (289).

- Эй, поэт, билетика лишнего нету? - узнала его Милка.

- Нету... Откуда... Вот же - дьяволы (290)! - пыхтел Иван Иваныч, продираясь сквозь толпу (291).

- Тогда идем со мной - у меня тут администраторша знакомая, землячка (292). Может провести...

Смотрели фильм (293). Милка охала, прижималась... Потом еще несколько раз встречались. А потом у Ивана Иваныча умерла мать (294). Он сильно растерялся, и как-то так приключилось, что Милка приняла в похоронах самое деятельное участие. Она и оркестр нанимала, и зеркало одеялом завесила (295), и приготовила нехитрый поминальный обед (296), на который пришли немногочисленные родственники Ивана Иваныча, полузабытые друзья отца, соседи, ребята-сокурсники (297).