- Все ваша дурацкая игра в награды, кто кого перетянет! - усилила натиск Семеновна, не глядя на Татьяну Романовну, но каждое слово предназначалось сейчас ей, и это понимали все трое. - Удивляюсь тебе, Таня, тебе нужен живой муж, а детям отец, а не ваши дурацкие висюльки!

Можно ли думать сейчас о премиях, когда ног не таскаешь!

Вместо ответа Татьяна Романовна, осторожно взяв Васю за плечн, заставила ею лечь. Вася, чутко настроенный сейчас ко всему происходящему, задержал руку Татьяны Романовны в своей, еще влажной от слабости ладони.

- Танюш, дети уже встали? Не очень я тебя напугал?

- Не очень. Но лучше ты сейчас поспи, а то полежи бездумно, с закрытыми глазами.

- Я лучше полежу с открытыми, можно?

- Всегда бы ты был такой покладистый, цены бы тебе пс было, Вася.

- Да разве не всегда такой? В понедельник такой был, погоди-ка, когда еще? В пятницу...

- Особенно когда Кобышу в пасть добровольно лезешь...

- Да, Кобыш ?лужик серьезный, с характером, да, Таня, си прагматик, но он умеет почувствовать направление, а это немало. Пойми, он на месте в лаборатории.

- Я знаю одно, в ключевых позициях ни с кем нельзя делиться, тем более с Кобышем, он же не человек, он танк, я его боюсь. - Татьяна Романовна, не принимая примиряющей улыбки Васи, отчужденно переставляла пузырьки у изголовья.

- Чем Кобыш тебя так достал, ну чем он опаснее, например, Полуянова?

- Как можно быть таким травоядным! Кобыш-акула, он проглотит тебя вместе с лабораторией и не облизнется, - Татьяна Романовна нервно поправила узел шейной косынки. - Почему я одна должна все предвидеть? Кто я такая? Мне скоро самой уже не будет места в лаборатории.

Кобыш выживет. Да, да, да, кто я такая, чтобы меня спрашивать, принимать меня во внимание?

Смотревший на нее с легкой полуулыбкой Вася от ее последних слов откинулся головой на подушку, и лицо его затвердело.