Сам инструмент Василия Яновского по существу интеллектуален, его воспоминания ценны не количеством фактов, не объемом материалов, не линейной полнотой изложения, а "вертикаль-ным" (по его собственному выражению), выборочным, осмысленным подходом к жизненной реальности.

Знакомство с событиями прошлого, выхваченными из мрака добросовестным, талантливым свидетелем, дают нам возможность лучше разобраться в настоящем, уловить в нем прогноз на будущее.

Ведь память - это единственная река, которая движется против течения Леты.

ПОЛЯ ЕЛИСЕЙСКИЕ

Aux morts on ne doit que la verite.*

Voltaire

* Об умерших - только правду.

Вольтер (франц.)

Я должен вас предупредить,

чтобы вы не удивлялись,

если я буду о мертвых повествовать,

как о живых.

В. С. Я.

I

Мыс Доброй Надежды. Мы с доброй надеждой

Тебя покидали. Но ветер крепчал...

Борис Поплавский

Великая русская эмиграция вымирает. Один за другим ушли, "сокрылись" классики и эпиго-ны. Кладбища распростерли свои братские объятия. Кто упокоился под Парижем или Ниццею, кто за Нью-Йорком и в Калифорнии. Над прерией звучит призыв трубача:

"И кому суждено будет во поле лечь, того Господь Бог помяни..."

Вот Бердяев в синем берете, седой, с львиною гривой, судорожно кусает толстый, коротень-кий, пустой мундштук для сигар. Вон Ходасевич нервно перебирает карты больными, обвязанны-ми пластырем зелеными пальцами; Федотов пощипывает профессорскую бородку и мягким голосом убедительно картавит. Фондаминский, похожий на грузина, смачно приглашает нас высказаться по поводу доклада; Бунин, поджарый, седеющий, во фраке, с трудом изъясняется на одном иностранном языке.