Поев яичницу и картошку, на которую струйкой изливали подсолнечное масло, все разошлись играть каждый свою музыку, однако взбудораженные внучки, благодарные деду за неоднократные капли, упавшие с носа в еду, все же подобрались к старику, стали тормошить, а старшая, у которой рот был уже большой и круглый, даже изловчилась поцеловать его в щеку, и ему показалось, что девочкин рот к щеке прилип и не отлипает, хотя по-прежнему желтеет на ее детском медленном лице.

Щеки его были небриты, но пыльная щетина как бы остановилась в росте, и, если жена нависала со страшной бритвой, перед этим изведя его мажущим помазком, и принималась брить, по-женски не понимая хода волос и мучая подбритвенной болью, щетина все равно чисто не выбривалась и виднелась внутри морщин, ибо подсовывать язык и выпяливать щеку для удобства бритья он уже не умел, да и поцелуйный внучкин желток проник, наверно, сквозь кожу в рот, склеив изнутри и без того ввалившиеся щеки. От этого стало трудно дышать, и сделалось заметно, как воздух, который еще недавно довольно ловко втягивался, теперь идет в рот и нос неохотно, норовя увернуться и внутрь тела не попасть.

Возможно, поэтому, а возможно, потому, что, додумавшись, наконец, к а к  поступить, чтобы, если ты - дерево, на тебя не вползли гусеницы, а остальные жизни, в том числе люди, на твой ствол не натыкались, он встал и медленно ушел из вечного своего жилья в трухлявом низу похожего на церковь дома. Уходил он, сопровождаемый музыкой, уже заладившей звучать изо всех комнатных углов. Из левого дальнего волокся долгий звук, точь-в-точь скрип медленно отворяемой двери, из правого шел звук дробный, похоже, быстрый, но для него звучавший медленней остановленного в пространстве сверлильного визга. В двух остальных углах порождались ноты, извлекаемые внучками: хотя неодинаковые, но громкие, схожие несовершенством и донимающие тщанием. Ни в какую мелодию, тем более в  а р ш и н  м а л а л а н, чего хотелось бы в своем жилье собиравшейся уходить Вере, сложиться все эти звуки не то что не могли, но и не намеревались.