Жена  молоденькая  в  его  доме,  и  свирепая в его доме бедность. Душа просит  радостей  и  смеха,  а  жизнь  грозит напастями и бедами, и утомляет трудами, и не дает отдыха.

Работали они оба очень много, а денег у них в доме было очень мало. Порою и совсем не было денег. И очень мало было вещей. Да и те вещи, которые были, были плохи.

Но разве деньги и вещи сильнее человека?

Город,  где  они  жили,  был  скверный,  маленький,  ветхий  городишко, обнищавший  вдали  от сильных людей и от больших дорог. И люди в этом городе жили  жалкие,  угрюмые,  злые,  завистливые,  нищие  духом люди. А те, в ком теплилась  живая душа, томились там, и тосковали, и рвались убежать из этого постылого  города,  от этой тусклой жизни; и, если не могли убежать, умирали рано, или убивали сами себя, или спивались.

А   вот   теперь   у  Николая  Алексеевича  дорогая,  красивая,  хорошо обставленная  квартира  на  одной  из  лучших  улиц  большого города. В этой квартире  с Николаем Алексеевичем живут жена его, дети, у детей гувернантка, студент-репетитор,  бонна  и  целый  штат  прислуги.  В  этой квартире часто бывают  гости,  милые,  любезные, просвещенные люди; смеется и плачет рояль, кто-то  поет нежные и страстные романсы; танцуют весело и оживленно; говорят обо  всем,  что  в широком мире случается, волнуя сердца, и что в искусствах живет  живою  жизнью.  Когда  нет  гостей,  вечер  занят театром, концертом, маскарадом, посещением знакомых, ужином в ресторане.

Николай  Алексеевич  работает  много, но все-таки гораздо меньше, чем в те  юные  годы,  его  первые  годы жизни с милою Иринушкою. Имя его довольно известно,  книги,  которые пишет Николай Скоромыслин, раскупаются неплохо, в обществе  о нем иногда говорят, газеты бранят его с достаточною свирепостью, словом, известность несет ему свои дани.

Николаю  Алексеевичу,  конечно,  кажется, что у него мало денег. Никому из  живущих  в городах не довольно того, что есть. Николай Алексеевич в этом не составляет исключения.