
И г о р ь. Не плачь, бабушка, но надо плакать.
Ш а р о н о в а. Как же мне не плакать, когда изо всей нашей семьи остались на земле только ты да я, твоя старая бабушка... Разве это не жестоко?
И г о р ь. Но что же делать, что же делать?
Ш а р о н о в а. Ты прав. Делать нечего. Будем жить, как живется. Ты уедешь - останутся мои книги, библиотека, общественная работа.
И г о р ь. Тем более что уезжаю я совсем ненадолго. Два года промчатся быстро, и мы снова будем вместе.
Ш а р о н о в а. Если я еще буду.
И г о р ь. Бабушка!
Ш а р о н о в а. Я пошутила. Я буду. Я обязательно буду. А теперь от души тебя поздравляю. Когда надо ехать?
И г о р ь. Через две недели.
Ш а р о н о в а. Так скоро?!
И г о р ь. Да. Срочная командировка.
Ш а р о н о в а. Я не думала, что это так скоро!
И г о р ь. Ничего, бабушка. Чем скорее уеду, тем скорее возвращусь.
Ш а р о н о в а. Верно, мой мальчик. Мой бывший мальчик. Все-таки ты не имеешь представления, как трудно матери увидеть, что ее сын уже совсем вырос. А ведь я тебе с самых детских лет заменяю мать. Ты ведь, в сущности, мой внуко-сын. Или сыно-внук: как тебе больше нравится. Ну и что же, тебя уже начали оформлять?
И г о р ь. Еще не начали, потому что, видишь ли, тут есть одно обстоятельство. Дело в том, что предпочитают посылать только женатых. Такое неписаное правило. Следовательно, мне еще надо жениться.
