- Разбуди его. Скажи, велено ему в сельсовет явиться, Андрейкин зовет.

Узнав, что Киреев - сотрудник оперативного сектора, Андрейкин был неприятно удивлен.

- Милости прошу к нашему грошу со своим пятаком! Авось с твоей помощью и справимся с задачей, - не без ехидства заметил он. - Сами-то мы, выходит, разучились работать. Периферия!

Киреев поспешил успокоить начальника райотдела ОГПУ, сказав, что он приехал в его, Андрейкина, распоряжение, так как совсем недавно переведен с партийной работы на чекистскую и опыта у него нет, потому его и послали сюда поучиться у старого работника на таком серьезном деле.

Поняв, что на авторитет его никто не покушается, Андрейкин великодушно стал вводить Киреева в курс дела:

- Двадцать восьмого марта в лесу на дороге между селами Перевал и Заболотье был убит бригадир колхоза Илья Белов, двадцатилетний комсомолец, селькор. Между прочим, это сын убитого в восемнадцатом году бандитами красногвардейца. Акт медицинского вскрытия свидетельствует, что выстрел был произведен из нарезного оружия с близкого расстояния.

Ранение тяжелое, но не смертельное, а сама смерть последовала от удушения. Следы преступника на мокром снегу были размыты дождем. Видишь, Иван Петрович, какое казусное положение! - Андрейкин откинулся на спинку стула и постучал пальцами по столу. - Сейчас я буду допрашивать одного свидетеля.

Послушаешь или с дороги отдыхать пойдешь?

- Послушаю, -сказал Киреев.

...На табуретке против письменного стола сидел свидетель, человек лет сорока пяти. Все в нем было длинным: руки, ноги, шея, нос. Сидел он чинно, степенно и зорко смотрел на Андрейкина послушными глазами и подозрительно на незнакомого человека, сидящего у края стола, сбоку.