Надя спросила, куда подавать на стол - сюда, в комнату, или на кухню. Решили, что лучше в кухню - чтобы не тревожить мать. Михаил принес бутылку водки и бутылку портвейна, водку разлил себе и Илье, портвейн сестрам и жене.

- Татьяна наша сегодня уж не приедет, - сказал он.- Ждать не будем.

- Сегодня не на чем больше, ага, - согласился Илья.- Если вчера получила телеграмму, сегодня на самолет, в городе пересадка. Может, сейчас в районе сидит, а машины на ночь не идут - ага.

- Или в городе.

- Завтра будет.

- Завтра обязательно.

- Если завтра, то успеет.

Михаил на правах хозяина первый поднял рюмку:

- Давайте. За встречу надо.

- А чокаться-то можно ли? - испугалась Варвара.

- Можно, можно, мы не на поминках.

- Не говорите так.

- А, теперь говори, не говори...

- Давно мы вот так все вместе не сидели, - с взволнованной грустью сказала вдруг Люся. - Татьяны только нет. Приедет Татьяна, и будто никто никуда не уезжал. Мы ведь раньше всегда за этим столом и собирались, в комнате только для гостей накрывали. Я даже на своем месте сижу. А Варвара не на своем. И ты, Илья, тоже.

- Где уж там - не уезжали! - стал обижаться Михаил.- Уехали, и совсем. Одна Варвара заглянет, когда картошки или еще чего надо. А вас будто и на свете нету.

- Варваре тут рядом.

- А вам прямо из Москвы ехать, - поддела Варвара.- День на пароходе - и тут. Уж хоть бы не говорили, раз за родню нас не признаете. Городские стали, была охота вам с деревенскими знаться!

- Ты, Варвара, не имеешь никакого права так говорить,- разволновалась Люся. - При чем здесь городские, деревенские? Ты думай, о чем говоришь.

- Ага, у Варвары, конечно, нету права говорить. Варвара не человек. Че с ней разговаривать? Так, пустое место. Не сестра своим сестрам, братовьям. А если спросить тебя: сколько ты дома до сегодняшней поры не была? Варвара не человек, а Варвара матушку нашу проведывала, в год по скольку раз проведывала, хоть у Варвары не твоя семья, побольше. А теперь Варвара и виноватая сделалась.