- И кто вы? - продолжал он. _ Студент? Сезонный рабочий?

Фермер?

- Я - бродяга, - улыбнулся парень. Помолчав, продолжал: - Учился в Беркли. Бросил - надоело. Да и деньги отец перестал присылать. Разорился. У него овощная лавка была в Атланте. А у вас очутился очень просто перемахнул через забор: хоп - и все. Егерей и вообще кого бы то ни было на этом свете не боюсь.

Он сделал глоток, поморщился, отставил от себя стакан.

Вновь улыбнулся, сказал: - Вообще-то я не пью. А закон нарушил, потому что очень хотелось на дом взглянуть. Много о нем в округе говорят, хвалят. - Забудем о законе, - примирительно сказал Джерри. - Вы спасли мою жену и я хочу, чтобы вы сами определили сумму вознаграждения.

Маркетти взял стакан, налив в него апельсинового сока, опустил три кубика льда. Покачал головой: "Разве я за деньги спас вашу жену?".

"Нищий альтруист", - усмехнулся про себя Джерри. Вслух сказал: - Вы, разумеется, противник всякой собственности?

- Вовсе нет, - быстро возразил парень. - Я отнюдь не верю во вселенский "красный" рай с обобществленными заводами, домами, машинами, женами.

- Тогда в чем же дело, пресвятая дева Мария?

Джерри тяжелым взглядом изучал итальянца.

- не могу считать чистым заработок на неловкости женщины. Впрок не пойдет, - он опять улыбнулся.

"Любопытно", - Джерри приготовил себе "мартини" покрепче.

- И давно ты бродяжничаешь?

- Да нет! - парень махнул рукой. - Приехал на похороны отца из Сан-Франциско, там временно в газете линотипистом работал. И вот решил из Атланты в Нью-Йорк пропутешествовать.

бесплатно, если удастся.

- Вот и чудесно, - воскликнула Рейчел, спускаясь по боковой лестнице в гостиную. Щеки ее вновь порозовели. Легкий бежевый шерстяной костюм обтягивал крупную крепкую грудь, тонкую, редкостно тонкую талию. - Мы скоро едем в Нью-Йорк и могли бы - вполне бесплатно, не так ли, Джерри? подвезти и вас в любой район.