Василий Шукшин

Правда

На межрайонном совещании председателей колхозов и директоров совхозов Николай Алексеевич Аксенов, председатель колхоза "Пламя коммунизма", Аксеныч, как его попросту называли, - выдал такую огневую речь, что сам потом удивился.

Он то гремел с трибуны, подвергая беспощадной критике недостатки в своем колхозе, то, указывая прокуренным пальцем на аудиторию, тихо и строго предупреждал: "Но учтите, дорогие товарищи, мы все это исправим. Исправим". Под конец, правда, он дал маху: забыл в пылу выступления, что кукурузу называют "королевой полей", и назвал ее "русской красавицей". В зале засмеялись и долго хлопали Аксенову.

Сейчас, копаясь в моторе своего "козла", Аксеныч с удовольствием думал: "Могу, язви тя в легкое!"

Сзади кто-то негромко спросил:

- Вы к себе сейчас едете?

Аксенов обернулся: спрашивал невысокий, бритый наголо, с серым лицом, большеротый. Смотрел спокойно, чуть насмешливо. Аксенов узнал: новый директор Березовского совхоза, сосед Аксенова.

- Подбросить, что ли?

- Да.

- Сейчас... - Аксенов опять уткнулся в мотор. - Свечи закидало... - Он вывернул запальную свечу, подчистил ножом контакты-усики, поскоблил, протер, продул и ввернул опять.

Большеротый все стоял и смотрел ему в спину.

"Как же его фамилия?" - пытался вспомнить Аксеныч. Он еще не был знаком с новым директором, но слышал о нем как о человеке странном. В чем заключалась эта странность, он сейчас не мог вспомнить, так же как и фамилию директора.

Во время совещания прошел хороший дождь, дороги размыло.

Пока выбирались на гравийную дорогу, молчали. Задок "козла" заносило из стороны в сторону. Аксеныч ожесточенно крутил баранку и ворчал:

- Черт-те надавал!.. В районном центре не могут дорогу сделать как следует. Ты гляди!..

Большеротый сидел с ним рядом, курил, безучастно смотрел вперед.