Подошла официантка. Заказали два борща, две порции котлет, по кружке пива.

- Борщец тут у нас знатный делают, - похвастал Аксеныч. - В Калуге такого... Хотя ты ж с Украины, наверно?

- Нет, калужанин коренной. Отец украинец был, а жил тоже в Калуге.

- Ты с семьей здесь или один пока?

- Один пока.

- Как устроился-то? Слушай, приезжай сегодня ко мне! Этак к вечерку. Баньку протопим, с неводишком на речку сбегаем... Небось стосковался без своих-то? Я тебе поподробнее расскажу про все наши дела, введу, так сказать, в курс дела... Ты поверишь, нет, я чего-то до смерти рад, что познакомился с тобой. Не подумай, что я насчет этого дурацкого акта боюсь. Я всегда оправдаюсь. Чего-то ты мне поглянулся, честное слово... - Давно уж Аксеныч не говорил таких простых, хороших слов, давно уж не испытывал такого горячего, участливого уважения к человеку.

Воловик подумал немного и согласился.

- Только... я, понимаешь, не один приеду, если разрешишь. Ко мне дружок заехал... офицер с Дальнего Востока. Демобилизовался. Тоже дела человек ищет. Я думаю, мы ему вдвоем как-нибудь поможем присмотреться. Мне хочется, чтобы он здесь остался... Толковый парень!

На сердце Аксенова расцвела хорошая, благодарная радость.

- Конечно!.. Господи, да мы его тут враз с делом окрутим. Покажу вам свое хозяйство. У меня хозяйство хорошее, Микола. Ферма!.. Ты знаешь, какая у меня ферма! Вся начисто механизирована! - Аксеныч широко повел правой рукой; в глазах его засветился счастливый огонек. - Ребята-дояры - вот такие! Комсомольцы. Ты правильно сделал, Микола, что приехал сюда. Поможем! Трудно будет первое время - это точно. Поможем. Я не зря говорю...

Директор слушал, кивал большой гладкой головой - соглашался. Смотрел на Аксенова доверчиво.