
Менее всего хотелось бы мне, чтобы у читателя сложилось впечатлении, будто я стремлюсь представить Шукшину этаким метром, вещающим неопровержимые истины. Нет, сам он постоянно сомневался, мучительно размышлял о нашей жизни, задавал бесконечные вопросы самому себе, часто не находя на них удовлетворитель- ные ответы. И многие его герои похожи на своего создателя - мятущиеся, нередко поступающие вопреки здравому смыслу, себе во вред. Но всегда писатель чтил в человеке искренность, прямоту, доброе начало. Даже в самом заблудшем своем герое он хотел видеть что-то хорошее, возвышающее его над прозой жизни. В этом смысле интересно свидетельство самого Шукшина по поводу его фильма "Ваш сын и брат" и рассказа "Степка", который лег в основу кинокартины. Непутевый деревенский парень Степан Воеводин подрался и получил три года. Оставалось совсем немного до конца срока, но он сбежал с места заключения. На вопрос милиционера, зачем он, дурак, это сделал, Спепан бесхитростно ответил: "Соскучился. Охота было хоть разок пройтись по деревне. Весна пришла - совсем измучился... Сны замучили - деревня снилась". В самом деле, не дурак ли парень? Шукшин говорит: "Он, конечно, дурак, что не досидел три месяца и сбежал. Не сбежал снова воровать и грабить. Пришел открыто в свою деревню, чтобы вдохнуть запах родной земли, повидать отца с матерью. Я такого дурака люблю. Могуч и властен зов Родины, откликнулась русская душа на этот зов - и он пошел". И писатель, и читатель не сомневаются, что из этого оступившегося парня будут люди, что он будет трудиться на этой земле, к которой так прикипел душой.
А вот еще один "дурак" или, как еще их называл сам Шукшин, "чудик" из рассказа "Материнское сердце" - Витька Борзенков. Надумал он жениться. Поехал на базар в районный городок. Продал сала на сто пятьдесят рублей. Решил немножко отметить это событие. Выпил стакан-другой пива. Тут и подвернулась симпатичная девица. Ей хотелось опохмелиться, и Витька угостил незнакомку. Как-то так вышло, что они решили еще добавить, девка пригласила парня к себе домой.
