- А тебе хотелось бы, чтобы тебя выбрали, да? - елейным голоском поинтересовалась соседка.

- Да я бы удавилась, если бы у меня был такой муж! И попробуйте еще раз, что-нибудь налить на мой балкон, или залить мой потолок, я на вас управу найду! Такую жизнь Вам устрою, что долго потом вспоминать будете!

Афет, оставив за собой последнее слово, вернулась домой. Ноги подкашивались, любимая валерьянка не оказывала своего обычного благотворного действия. Одетая, она прилегла на постель, закуталась в плед и уснула.

Она шла по дорожке, опоясывавшей кольцом площадку, напоминавшую арену цирка. Также по кругу, только в обратном направлении кружили звери, удивительно похожие на ее родных и знакомых, но только в зверином обличье. Она узнала почти всех; один страшный черный волк оставался загадкой. Время от времени он ощеривал пасть, и Афет содрогалась при виде жутких острых клыков, блестевших в лунном свете. Внезапно он выпрыгнул из круга и ринулся на Афет, замершей в ожидании своего последнего часа. Он вцепился ей в горло, точно зная, где искать сонную артерию, чтобы одним движением покончить с жертвой. Афет слабо вздохнула, и вдруг волк ослабил хватку, почти ласково лизнул ее в щеку и, повизгивая, как несмышленый щенок улегся рядом с ней, согревая ее своим теплом. Афет повернулась к нему, пытаясь понять, что произошло со страшным зверем, так странно изменившим свои намерения, и неожиданно узнала в нем своего давнего и самого желанного поклонника, так и не ставшего ей мужем. Она обняла волка изо всех сил и почувствовала, что растворяется в нежности и радости, давно покинувшей ее. Волк пощекотал ей ухо и что-то невнятно шепнул. Афет отрицательно покачала головой. Он шепнул еще и еще раз. "Я знаю, меня хотят убить, знаю", - произнеся эти слова, она открыла глаза и поднялась. После сна она совершенно уверовала в то, что ее жизни грозит смертельная опасность. Услужливая как никогда память предъявляла ей все новые свидетельства.