Мне это почему-то никогда не мешало. Не хватает еще на лбу написать! Я и без всех этих надписей знаю, что я русский, да и никто, думаю, никогда в этом не сомневался. Но дело в том, что формула М. Штейна о том, что интересоваться национальностью человека есть просто бестактность, формула эта имеет другую сторону. Если бестактно спросить у человека, какой он национальности, то одинаково бестактно со стороны любого человека утверждать, что он принадлежит к такой-то национальности.

Неужели и правда бестактно? Неужели грузин проявит бестактность по отношению к окружающим, если вдруг брякнет, что он — грузин? А якут брякнет, что он — якут? А в Польше вон в первом классе учат детишек читать стишок (даю в транскрипции):

— Кто ты естешь?

— Поляк малый.

— Який знак твой?

— Ожел бялый… (то есть белый орел).

Так что же, запретить обучать этому стишку?

А откуда, позвольте спросить, взялись вдруг все эти свободные государственные образования: Казахское, Узбекское, Таджикское, Молдавское, Киргизское, Литовское, Эстонское? А там еще Якутское, Татарское, Башкирское, Калмыкское… А там еще немцы Поволжья просят себе автономию… Не на национальной ли основе это все происходит?

Конечно, в свое время Маяковский, певец и глашатай революции, то есть именно ленинских идеи, восклицал:

«Это чтобы без Россий и Латвий жить единым человечьим общежитьем».

Вот эти строки (и сама идея) действительно стали анахронизмом.

Не хотят народы жить без России и Латвии, а хотят жить в своих НАЦИОНАЛЬНЫХ ГОСУДАРСТВАХ.

Да, увы, кроме отметки в паспорте, в который никто и не заглядывает, есть еще национальное самосознание. Оно свойственно людям, и с этим ничего не поделаешь. Узбек гордится тем, что он узбек, и хочет оставаться узбеком, и говорить ему, что вовсе он никакой не узбек, а просто единица населения страны, — вот это действительно бестактно.