Она смутно и без всякого волнения сознавала, что незнакомец завернул ее в свой темный плащ. Необычно мягкая ткань еще хранила его тепло и объяла им Гретхен. Не в силах приподнять веки, она поняла, что вместе с нею незнакомец выбрался в сад.

Потом она потеряла ощущение времени и происходящего, в сознании образовался провал, потому что когда к органам чувств вернулись их способности, лицо Гретхен обдувал свежий ветер. Наверно, он и вернул ей сознание. Она услышала тяжелый стук копыт о каменистую землю и попыталась открыть глаза. На этот раз ей хоть и с трудом, но удалось это сделать. Луна ушла за тучи, и самый темный час ночи окружал их непроглядным мраком. С темнотой сливался и спутник Гретхен, он был частью этой темноты и, унося ее в черную неизвестность, он теперь пугал.

Ощущения постепенно возвращались, рождая в душе Гретхен ужас и смятение. Она полулежала в руках своего похитителя, щекой прижимаясь к его груди. Ей еще не доставало сил освободиться от его рук, и еще Гретхен чувствовала, что голова наливается болезненной тяжестью, - так всегда бывало перед приступом.

"Боже, нет!" - из самого ее сердца вырвалась отчаянная, безнадежная мольба, но с губ сорвался только едва слышный стон. Незнакомец переложил повод в руку, которой крепко обнимал Гретхен за талию, поправил на ней плащ. Положив теплую ладонь ей на голову, он прижал ее к себе. Рука его пахла кожаной упряжью и - странно - клейкими листочками кипариса, только что скинувшими плотные одежки почек. Рука заслонила ее лицо от ночи, от упругого ветра, оставив ее в темноте, заполненной странным запахом. Гретхен обречено закрыла глаза, и новый провал беспамятства стремительно втянул ее в темное ничто без мыслей, без ощущений и чувств.