- Ну, что там у вас? - сказал снизошедший к ним Володя и, поправив на тугом животе спортивные брюки, присел к столу.
- Та вот, - начал гнусавить Мерзик, строя из себя делового пацана, видик, так-кой, чис-са новяк, чис-са Япония, "Панасоник"...
- Документы есть?
- Шо? - не понял Мерзик.
- Ты что, глухой?
- Шо? - опять не понял Мерзик, до которого в жизни ничего с первого раза не доходило.
- Что он хочет? - спросил Володя у спортсмена, подпиравшего дверной проeм.
- Та, чуваки, вы чего? - снова загнусавил Мерзик. - Та вот видик хочу сдать, мне вас порекомендовали.
- Сколько ты хочешь? - спросил спортсмен.
- Та две штуки, так чтоб отдать, чуваки.
- Проверить надо, - сказал Володя. - Подключить, покрутить. Правильно?
- Так подключи, - вставил Юрик.
- Нет, пацаны, - сказал Володя. - Хотите, оставьте его. Придете завтра, я дам ответ. Так вот вынуть из кармана и отдать тебе две штуки непонятно за что, я не могу, правильно? Тем более без документов.
- Так включи, проверь, - опять сказал Юрик.
- Я вообще сейчас занят. Ты ж меня не предупредил, что приедешь, правильно? Короче, завтра часиков в пять заскочите, лады?
- Ладно, - сказал Юрик, - так мы его завтра и занесем. Мы тут у приятелей его покрутим. Кино посмотрим.
- Чувак, у каких приятелей? - спросил Мерзик, тупости которого не было никаких пределов. - У тебя шо, здесь кто-то есть? Та оставим его, а завтра заскочим.
- Как хочешь, - сказал Юрик, которому стало вдруг неудобно под пристальными взглядами спортсмена и его хозяина объяснять Мерзику, что он дебил. - Оставляй. Твой же.
На улице, стоя уже за щелкнувшей за ними ажурной калиткой, Юрик сказал в сердцах:
- E-ма-e, Мерзик, какой же ты всe-таки мудила!
- Чего?
- Того, что ты у них завтра знаешь что получишь?
- Что?
Слов у Юрика больше не осталось, и он пошел вниз по улице, сам не зная куда.