Косушка оглянулся: Дункай с Кончугой остановились возле кедра на почтительном расстоянии от начальства.
- Проверим! - Косушка откинул матрац.
Карабин лежал в изголовье.
- Странно, - сказал Косушка. - Ночью вышел из палатки и карабин не взял.
- Он, наверно, люди слыхал, - отозвался опять Кончуга. - Зачем брать карабин, если человек на реке?
- Уж больно много ты знаешь, - усмехнулся Косушка.
- Наши люди все знают, - невозмутимо ответил Кончуга. - Калганов был храбрый начальник. Все говорят, такое дело.
- Ну, тогда скажи: кто убил Калганова?
- Плохие люди убили.
- Оч-чень хорошо! - Косушка хлопнул себя по ляжкам. - А фамилия? Кто они такие?
- Не знай.
- Ну что ж, зато мы узнаем, - сказал Косушка, пристально глядя на Кончугу, потом, после выдержки, приказал Дункаю: - Сложите все вещи Калганова и отнесите их в вертолет.
А Конькова, взяв под локоток, отвел в сторону:
- Тебе придется здесь остаться. Установи, кто ездил вчера по реке. И вообще пошарь. А с Кончуги глаз не спускай.
3
Коньков решил первым делом сходить на лесной кордон, где жил лесник Зуев. Вытащив на берег бат, они с Дункаем и Кончугой пошли по еле заметной лесной тропинке.
Неподалеку, за приречным таежным заслоном, открылась обширная поляна с пожней, поросшей высокой, по щиколотку, салатного цвета отавой; посреди пожни возвышался внушительных размеров стог сена, побуревшего от долгого августовского солнца.
Изба лесника, окруженная хозяйственными пристройками: амбаром, сараем, погребом и сенником, стояла на дальнем краю у самого облесья...
И огород был на кордоне, засаженный картошкой, огурцами, помидорами и всякой иной овощной снедью, и все это было обнесено высоким тыном от лесных кабанов. Недурственно устроился лесник, подумал про себя Коньков.
На крыльце их встретила молодая хозяйка: миловидная, опрятно причесанная, с тугим пучком светлых волос, заколотым на затылке огромными черепаховыми шпильками. Ее большие серые глаза были в чуть заметных красных прожилках, и смотрела она как-то в сторону, будто кого-то ждала, и от нетерпения прикусывала пухлые губы. Одета она была в пушистую бурую кофту ручной вязки, синие брюки, заправленные в хромовые сапожки.