Тяжелая корзина была полна почти до краев, когда он опустил ее на поляну: поставил на травку возле старухи-кошки. И в самое время - Флика здорово припекло и как раз потянуло освежиться. Попробовав мороженого, кошка так сладко мурлыкнула, что Виллибальд и красотка Адельхайд мигом оказались около корзины. Виола и Пассик тоже было потянулись к ней, но духи уж больно приналегли на лакомство. Никому ничего не оставили.

И ночью заболели. Если перегреться на солнце да разом проглотить столько мороженого - никакая волшебная сила не спасет.

Флик дер Флит лежал в дупле вяза, мучаясь от ломоты в костях, от головной боли. Горячее дыхание вырывалось из дупла - и жухли листья на деревьях напротив. А когда Флик начинал задыхаться, испуганные его хрипом совы выпускали добычу из когтей.

Виллибальд ворочался на дне Камышового Озера, в том месте, где бьют холодные ключи. Ему было жарко, душно, он ловил ртом студеную струю - и от этого толстяку делалось еще хуже.

А прекрасную Адельхайд пронизывал холод. Ее немилосердно знобило. Она выбралась из ручья, приняла из последних сил обличье утенка и забилась под крыло дикой утки в теплом гнезде.

Вскоре после полуночи все в Темнющем Лесу уже знали о болезни духов. Жобль услышал, как говорили об этом сыч с лунем, и поспешил к Рыбаклячу. Тот ожесточенно разорял муравейник. Чудища обсуждали новость и не жалели глоток от радости: Жобль на весь лес кричал ослом, Рыбакляч визжал по-поросячьи.

- Сколько нас обижали! А теперь мы каждого обидим по справедливости! ярился Жобль.

- Сколько над нами шутили и как зло! - подхватил Рыбакляч. - А теперь мы позлимся в открытую и безо всяких шуток!

Они устремились к поляне у Камышового Озера. На ней кто-то был сообщники замерли, верные разбойничьей повадке. В следующую минуту из прорехи между двух угольно-черных туч осторожно выглянул край луны и посмотрел на происходящее. Верхнее облако медленно поплыло дальше, перегнало нижнее, распустив по темно-синему с золотом небу черный, как сажа, хвост. Полная луна засияла.