Зачастую обе стороны, изучив за время боев противника, прекрасно понимают всю шаткость своих философствований. Но подуманное - наполовину сказанное, а вымолвленное - практически уже исполненное. Так набрасывается еще одна удавка. Окончательно рушатся мосты в прошлое. Все застилает ненависть, которую подпитывает доморощенная теория и по-прежнему все тот же страх быть убитым. Именно он порождает жестокость, которая, по мысли совершающих ее, должна вызвать в противнике именно чувство страха.

Жестокость - извечный спутник любой войны. Обычно отличаются этим обе стороны. Правда, даже в сугубо частных, под обильное количество водки, в разговорах воюющие скромно умалчивают о своих преступлениях и вовсю подчеркивают вражеские. Но на любой войне враждующие стороны стоят друг друга. Просто не все становится достоянием общества. А точнее, лишь малая толика правды о войне доходит до людей, живущих вне ее.

В боях обеими сторонами движет та самая психология войны, которую они прилюдно объясняют чем угодно, но только не своим глубинным, животным страхом и четким внутренним осознанием того, что на любой войне никаких правил противостояния не существует, а главная цель любой стороны - в первую очередь запутать противника, сковав тем самым его ответные действия. И вот здесь уже каждая сторона использует те приемы, которые ей доступны.

Война по правилам - понятие странное и совершенно нелогичное. Получается, что по каким-то одним законам человек человека убивать может, а по другим - нет. Составители подобных правил, безусловно, были всегда далеки от войны. Впрочем, как и те, кто в наше время пытается применить подобные законы на практике, вынося вердикты о военных преступниках.

Можно на мгновение представить, что на арене Колизея встречаются два члена подобного суда - при условии, что их схватка обязательно завершится смертью одного из них. При этом они предварительно определяют честные и нечестные правила взаимного убийства.