И Психопат ушел. Сестричка посмотрела на доктора - так посмотрела, словно хотела проверить и убедиться, что она не зря побеспокоила доктора, вызвав его.

- Работайте, - недовольно сказал доктор. И вышел из кабинетика.

Его в коридоре поджидал Психопат. Он все еще держал руку согнутой и морщился. Врач, натолкнувшись на него, даже как будто растерялся - он думал, что нервный пациент ушел уже, а он тут.

- Простите, - сказал Психопат искренне, - я накричал там... Но я не виноват - больно же.

- Пойдемте, я вам в таблетках выпишу, - сказал молодой доктор на ходу. Температура какая сейчас?

- Я не мерил, - ответил Психопат, входя следом за доктором в его кабинет.

- Ну вот... - доктор с бородкой не горестно, а с досадой, привычно усмехнулся и присел к столу писать рецепт. - А возмущаемся... Толстой. При чем здесь Толстой-то? - спросил он и посмотрел на Психопата насмешливо. Насмешка эта задела Психопата, но он решил быть спокойным.

- При том, что он умные слова писал: не мешало бы их помнить.

- А почему вы решили, что я... что их не помнят?

- Это вы-то помните? - удивился Психопат.

- Ну а почему бы нет? - доктор не только насмешливо, а и с презрением опять, и снисходительно, как показалось Психопату, смотрел от стола - молодой, довольный, уверенный. Психопат в свои 54 года полагал, что это он должен снисходительно смотреть на такого, как этот доктор, а не наоборот.

- Да неужели?

Доктор счел, наверно, что в его положении - врача - несерьезно, даже глупо спорить с больным, да еще так... странно: читал ли он Толстого, Льва Николаевича? Кстати, он его не читал, кроме как в обязательном порядке: в школе и в институте. Но при чем здесь Толстой, господи! И он склонился и стал писать рецепт.