– Если так, то в доме могут оказаться не только лоскутки, но и осколки, – сердито буркнула Марголотта.

– Почему же вы тогда не сделали ее хорошенькой? – осведомился Стеклянный Кот. – Я-то – красавец хоть куда и люблю посмотреть, как крутятся мои розовые шарики-мозги и бьется рубиновое сердце. – И с этими словами Кот подошел к высокому зеркалу и застыл перед ним, горделиво вглядываясь в свое отражение. Затем он снова заговорил: – А это лоскутное создание возненавидит себя, как только оживет. На вашем месте я бы сделал из нее швабру.

– У тебя испорченный вкус, – буркнула Марголотта, задетая за живое критикой Кота. – По-моему, моя Лоску тушка – очень хорошенькая, учитывая материалы, из которых я ее сшила. В ней больше цветов, чем в радуге, а ты не будешь спорить, что радуга очень красива.

Стеклянный Кот зевнул и потянулся на полу.

– Дело хозяйское, – сказал он. – Мне только жаль эту Лоскутушку, вот и все.

Оджо и дядя Нанди остались ночевать у Кривого Колдуна. Мальчик был этому рад, потому что надеялся посмотреть, как будут оживлять Лоскутушку. Стеклянный Кот тоже сильно поразил его воображение. Оджо хоть и жил в волшебной Стране Оз, но никогда до этого не сталкивался с волшебством. Там, дома, ничего волшебного не происходило. Дядя Нанди, который мог бы быть королем Жевунов, если бы те не объединились с другими народами и не признали Озму своей единственной повелительницей, удалился в лесную глушь со своим маленьким племянником, и они жили там как отшельники.

Если бы их заброшенный сад не перестал выращивать для них пищу, они бы и дальше жили в Голубом Лесу, но теперь они решили повидать мир, и первое же впечатление было таким сильным, что Оджо от возбуждения так и не сомкнул глаз этой ночью.

Марголотта прекрасно готовила и накормила их вкусным завтраком. Когда они ели, добрая женщина сказала:

– Теперь уж я не скоро снова примусь за готовку. После завтрака доктор Пипт обещал оживить мою новую служанку. Пусть вымоет посуду, подметет полы и вытрет пыль в доме. Господи, как это облегчит мне жизнь!