– Да, наделали вы дел, доктор Пипт, – презрительно заметил Кот.

– Я не жалуюсь, – сказала Лоскутушка и стала весело кружиться по комнате.

– Это все я виноват, – сказал чуть не плача Оджо, потрясенный участью дяди Нанди. – Меня же зовут Невезучим.

– Что за чушь, мальчуган! – весело воскликнула Лоскутушка. – Если у тебя есть ум, чтобы принимать решения и действовать, тебя нельзя считать невезучим. Невезучие – это те, кто надеется на авось, как доктор Пипт. А в чем, собственно, проблема, господин Волшебных Дел Мастер?

– На мою дорогую жену и дядюшку Нанди случайно пролился Окаменитель и превратил их в мраморные статуи, – печально отозвался Колдун.

– Так почему ты не посыплешь их этим твоим Порошком из баночки и не превратишь опять в людей? – спросила Лоскутушка. – Ха-ха-ха! Хныхны-хны!

Кривой Колдун, услышав это, подпрыгнул.

– Ив самом деле! Мне это как-то не пришло в голову! – воскликнул он и, схватив золотую баночку, подбежал к жене.

Лоскутушка же сказала такой стишок:

Ха– ха-ха! Хны-хны-хны!

Ой, как глупы колдуны!

Я учу его, как жить,

Как супругу оживить!

Колдун вскарабкался на скамейку, ибо он был такой скрюченный, что иначе не смог бы никак дотянуться до макушки жены, и начал трясти над ней баночку. Но из нее не высыпалось ни крупинки. Колдун снял крышку, заглянул внутрь и с криком отчаяния отбросил баночку в сторону.

– Ни крупинки! Все, все ушло на этот проклятый Граммофон. Нечем оживить мою дорогую жену!

Кривой Колдун уронил голову на руки и горько заплакал.

Оджо стало жаль Колдуна. Он подошел к нему и мягко напомнил:

– Вы можете сделать еще порцию Оживительного Порошка, доктор Пипт.

– Да, но мне придется шесть лет, шесть долгих лет помешивать в четырех котлах руками и ногами, – последовал грустный ответ. – И все эти шесть лет несчастная Марголотта будет стоять тут и смотреть на меня.