- И это возможно?

- А почему нет? Их жизнь держится на тех же двадцати столбах, на двадцати аминокислотах. У них та же левая ассиметрия...

Александр стискивал ладони коленями.

- Мозг! Но и это чудовищно много... Больше десяти миллиардов клеток в одной только коре...

- Ничего не попишешь, телеграммка получится несколько длинноватой. Не так уж и страшно. Справимся. А потом, зачем передавать все клетки, запрограммируем и передадим только то, что отличает вас, Александра Бартеньева, от всех других, ваши индивидуальные особенности, вашу память, ваши знания, привычки все ваше без остатка, выраженное в молекулярно-химических изменениях ваших клеток.

- Что потребуется от меня?

- Только одно: натренироваться и предоставить свой мозг, чтобы мы его смогли сфотографировать со всеми подробностями.

- А потом?

- Потом эту фотографию переложим на математический код, отправим на радиостанцию, они запустят ваш интеллект в дальнее путешествие, так сказать, в радиоволновой упаковке.

- И я останусь с вами?

- Такой же невредимый, как и сейчас. Вас, поверьте, не убудет. Если я сниму мерку с этого стола, он не станет менее качественным.

- У меня окажется духовный двойник?

- Да, лет так через сорок, за биллионы километров, на планете Коллега.

- Невероятно!

- Но, согласитесь, удобнее путешествия не придумаешь.

- Почему именно мой мозг? Наверняка можно найти более достойных...

- Нужно, чтоб посол на Коллегу носил под своим черепом - простите за вульгарное сравнение - обширнейшее складское помещение, куда бы мог спрятать максимум сведений о жизненном укладе, об искусствах, о науках, о привычках коллегиан. Да и с Земли в подарок коллегианам тоже кое-что нужно захватить. Никаких записей, никаких дневников с собой не возьмешь - только память. А свойства памяти можно сохранить почти без потерь.