- Я сказал: напрасно.

- Что-нибудь случилось, Игорь Владимирович?

- Просто она не придет сегодня.

Александр молчал, уставившись в притаившиеся под бровями глаза профессора.

- Не придет. Ни сегодня и ни завтра...

- Что это значит?

Шаблин крепко взял его за локоть.

- Вам никогда не приходилось болеть странной болезнью - ностальгией?

- Что с ней случилось?

- С ней - ничего, а вот с другим человеком могут случиться неприятности.

- С каким человеком?

- С ним...

- С кем - "с ним"?

- С Александром Бартеньевым номер два, который оживет на планете Коллега.

- Ну, знаете!..

- А вы все еще не принимаете его в расчет? Он для вас лишь отвлеченный научный эксперимент?

- Считать его человеком?.. Мне? Сейчас?

- Себя-то вы считаете...

- Не могу представить.

- А все-таки представьте. Он будет таким, как вы, точно таким. С вашим умом и с вашей впечатлительностью. А теперь представьте себе, что вы оживаете в чужом мире, среди непохожих на вас существ, по духу непохожих. Мало того, вы будете понимать, что никогда не встретите ни отца, ни мать, ни сестер, ни братьев. Ведь в то время, когда вы вернетесь обратно, все они будут лежать в могилах. Любовь, привязанности - все умрет. Забытый странник без родины. Вам это нравится? Вам не хочется за это попросить у него прощения?

- Да его же нет! Быть может, не будет совсем. Если и будет, то через сорок лет!

- Для вас - сорок. Для нас с вами. Для него - вчера.

- Но чем я мешаю, если встречаюсь?

- Очень сожалею, что я не успел помешать, узнал с опозданием. Не усугубляйте: чем дольше это будет продолжаться, тем страшнее. Оборвем сейчас!

- Страшнее?.. Не пойму.

- Лунные ночи, вздохи, нежные взгляды, маленькое божество и большая любовь. Он все это увезет с собой; сорок лет спустя он будет это помнить, как будто бы случилось вчера.