Что с этим делать? Во-первых, нужно осознать то, о чем мы говорили в начале семинара. Это отождествление Эго и Я, которое и приводит к этому ЧСВ, которое, другими словами, называется изначальная любовь к себе. Вот, когда я искореню эту изначальную любовь к самому себе, поставлю ее под сомнение, то пойму, что у меня есть две стороны: одна - безусловная, которую можно любить, и вторая - обусловленная моим телом, моими отношениями с другими людьми, моей социальной значимостью, моим внешним видом и т.д.

- Что делать с человеком, который ходит с поникшей головой? Чувствуется, что он такой плохой.

- В чем его онтологическое страдание? Если он считает, что он совсем плох, то это еще не значит, что он сделал это великое осознание, разделил в себе Эго и Я. Это значит, что он считает, что он великий, он хороший, а никто его не признает. И, вместо того, чтобы прийти к каким-то выводам относительно себя, он считает, что мир плох, и надо найти такое место в мире, где бы меня признали. Уж, ладно, приобрету я какие-то знания по Логике Гегеля, потому что я знаю, что, если я буду способен читать лекции по Логике Гегеля, то меня признают.

Все это разные стороны прохождения этапа адаптации. Пока он не прошел ее, он, конечно, ущербен.

- В психологии говорят, что дети, которые не воспитывались любящей матерью, испытывали недостаток любви, становятся злыми, плохо общаются и т.д.

- В этом вопросе заключено два интересных момента. Во-первых, насколько это действительно так, и, во-вторых, почему некоторые люди хотят иметь эту теорию? Первый момент понятен. Так вот, в этой постановке вопроса существенен и второй момент. Т.е., люди, которые считают, что они хороши, только не хватает им любви, признания окружающих, склонны строить теории, в которых человека должны любить, даже если он еще не представляет из себя ничего ценного, любить за то, что он есть, т.е., признается, что изначально он хорош, и он остается хорошим, какие бы качества он не приобрел, каким бы он не стал.