Встал вопрос о кормёжке моих рабов. Я и об этом позаботился заранее. Приволок с рынка мешок картошки далеко не лучшего качества (купил по дешёвке), а в соседних бараках набрал кое-какой безхозной посуды: ржавое ведро, большую, с обившейся эмалью кастрюлю литров на семь, две-три алюминиевые кружки и всякую другую мелочёвку. С водой тоже вопрос решился: за домом я обнаружил старый колодец, на дне которого всё ещё оставалась вода - мутная, грязная, с примесью глины, с обычным садовым мусором. Сам-то я её, ясное дело, пить не стану, но для этих типов в погребе и такая сойдёт. На то они и рабы.

Подержав мою троицу без еды и питья два дня, я решил проявить милость. Сварил на электроплитке кастрюлю картошки - прямо так, немытую и нечищеную, приволок из колодца ведро воды, и лишь потом открыл люк. В нос шибануло густым запахом мочи и человеческого пота. Я невольно отпрянул. Потом включил свет и заглянул вниз.

Все трое дрыхли, зарывшись в набросанное на пол тряпьё. Похоже, они не очень-то тяготились своим положением: все эти дни вели себя смирно. Однако яркий свет (я вкрутил лампочку на двести ватт) быстро разбудил их. Кое-как очухавшись, они увидели наконец меня.

- Эй, мужик, чё за дела! - прохрипел старик. - На хрена ты меня сюда приволок?

- Вытаскивай нас отсюда! - подал голос второй тип. - Жрать охота, сил нет.

Вместо ответа я спустил им на верёвке кастрюлю с картошкой, а следом ведро с водой. В довесок швырнул туда же пару алюминиевых кружек.

- Жрите, коли охота, - сказал я. - И запомните: теперь я - ваш хозяин, а вы - мои рабы.

Они не ответили: вид еды и питья отвлёк их внимание от моей персоны. Яростно отпихивая друг друга и матерясь, они кинулись к ведру с водой. Утолив жажду, переключились на картошку.