Проснулся я с головной болью, но вместе с тем, и с готовым решением. В обед я зашел в магазин детской игрушки и купил там нужную мне вещь. Придя в отделение, я немедленно прошел в палату, где лежал мой вчерашний тоскливый собеседник.

-- Здавствуйте, Аркадий Львович, это вам! - и я положил перед ним на стол нарядную детскую юлу-волчок, выкрашенную блестящей малинового цвета эмалью, с серебряными блестками,- Вот ваш гироскоп! Он поможет вам с ориентацией в пространстве.

Больной радостно вскочил с кровати и долго и восторженно тряс мне руку.

-- Спасибо вам доктор! Вы просто не представляете, какую услугу вы мне оказали! Ведь это - решение всех моих проблем. Ума не приложу, как я, физик по образованию, сам не додумался до такого простого решения! Я теперь могу смело выписываться и заниматься дома. У меня пропал страх, а ведь только этот страх меня здесь и держал!

Больного выписали, правда не в этот день и не на следующий, а примерно через неделю. Через месяц Аркадий Львович Ойхман вернулся в родную лабораторию, правда работал он всего четыре часа в день, до обеда. С подаренным мной волчком он не расставался ни на минуту. Жена его, кандидат математических наук, работающая в том же институте, вызванная мной в диспансер для беседы, рассказывала, что придя с работы, больной в течение двух или трех часов раскручивает волчок и не отрываясь глядит на него напряженным блестящим взглядом, а затем садится за письменный стол и лихорадочно пишет какой-то труд под названием "Заметки о радиальной симметрии", который он никому не велит читать, и который он просит опубликовать только после его смерти.

Вообще, в психиатрии существует не так много вещей, которые могут случиться с больным, и большинство из них привычны, банальны и вызывают зевоту и легкую тоску.