Вот молодой мускулистый парень, до пояса обнаженный, в оглобли впрягшись, тянет груженную травой тележку. Следом - жена велосипед ведет, на нем- три огромных тюфячных мешка, набитых.

Встречаю поутру Владимира Филипповича Попова - бывшего председателя колхоза, Героя Социалистического Труда, спрашиваю, как всегда, о здоровье, о рыбалке.

"Какая рыбалка... - отвечает. - Все лежит, уже поржавело: удочки, ружье, лодка. Некогда. Закопались в этом хозяйстве: утки, куры. Сейчас траву надо заготовить..."

Вечерней порой катит мне навстречу Дмитрий - давний мой знакомец, колхозный токарь. Остановился, докладывает: "Утям, курям, поросенку с утра привез, посек, всю пожрали... Надо еще. А куда денешься?.."

Рядом с поселком "дачи". Здесь та же песня.

Дядя Жора Грузинцев. Когда-то я у него в учениках ходил на судоремонтном заводе. Он уж тогда в годах был, а теперь... "Работаю... Веришь, картошка заклекла. Еще разок подпушу..."

Врач из районной нашей больницы, Аржанцев, недавно у него инфаркт был.

"Я помаленьку... Надо. Помидоры посадил, "де барао". И себе, и невестки из города приезжают, закручивают в банки, всякие соусы делают. На зарплату не проживешь".

Володя - шофер и рыбак. "Дачник"... Не меньше двадцати соток земли.

"Петрович, - негромко сообщает он мне, - я нынче упал. Ей-богу... Работал, работал на картошке... В глазах потемнело, и упал..."

Неподалеку еще один Володя - бывший газетчик, год ли, второй на пенсии. У него дома огород - загляденье. Рядом с двором еще прихватил землицы, картошку посадил. А теперь еще и пустующий участок присмотрел, занял его. "Гляди, какие тыквы, - хвалится. - Огрузимся. Всю зиму будем кашу есть. Да еще поросенка берем. Как-то жить надо..."

Где-то здесь целых два участка, чуть не тридцать соток, у Якова.