Все заботы свои и помыслы она отдавала воспитанию внука. Неизбежные детские болезни, проблемы физического и умственного развития мальчика занимали ее время без остатка.

Потому и Светлана, как только Петенька вышел из грудного возраста, могла начать работу и почти весь день была занята в театре.

С мужем у Веры Петровны отношения так и не наладились. Оба соблюдали внешние приличия и видимость нормальной семейной жизни. Иван Кузьмич раза два в неделю появлялся в городской квартире, играл с внуком, обедал, иногда ночевал. Делился с женой служебными новостями, давал средства на жизнь, проверял, все ли необходимое у них есть. Иногда предпринимал попытки к сближению - безрезультатно.

Вера Петровна была не из тех, кто наступает на горло собственной песне, - физически не способна кривить душой. Чувство ее к нему умерло, и ничего с этим не поделаешь. Упрекать себя за невыполнение супружеского долга ей не приходилось: знала, что Григорьев женской лаской не обделен получает, когда вздумается. Стало ей известно, что на даче, где живет постоянно, завел он наложницу из персонала; собиралась положить этому конец, лишь когда придет время везти туда Петеньку. "Пусть себе устраивается пока на стороне, ему несложно, - решила она. - А без дачи летом мы обойтись не можем".

Вот почему удивилась немного, услышав голос Ивана Кузьмича.

- Не ожидала такого раннего звонка, - не скрыла она недовольства. Приезжай, конечно, если хочешь. А что, неприятности у тебя на работе? Уловила-таки расстроенные нотки в его голосе. - Ладно, за обедом разберемся. Я сейчас с Петенькой занимаюсь.

Григорьев застал жену на кухне - обед готовит.

- Проходи, Ваня, садись, отдыхай. - Вера Петровна сразу заметила его непривычно озабоченный, сумрачный вид. - Поскучай тут со мной, пока у плиты вожусь. Петенька только уснул - спешу пока все приготовить. Сейчас за ним глаз да глаз нужен. - Взгляд ее не отрывался от плиты. - Не углядишь - и внук у нас рябой станет.