- Вы слышали? - повторила Лиля.
- Лиля, послушайте... - тихо начал Никитин.
- Я с вами больше не разговариваю, - быстро перебила она, - я вас больше не знаю.
Шофер остановил машину, повернулся и, нагло подмигнув Никитину, заговорил:
- Было у меня несколько таких случаев, так некоторые девочки пешком отсюда, извините за выражением, топали...
- Ах, вот как! Откройте дверцу!
И Лиля, вдруг всхлипнув, попыталась открыть замкнутую с ее стороны дверцу.
- Разворачивайся! - грубо приказал Никитин.
- Пропустите меня. Я сойду, - сказала Лиля, обращаясь к Никитину. Хотя в глазах у нее светились слезы, она сказала это гордо и надменно. Но машина уже разворачивалась, а Никитин сидел не шевелясь и глядел прямо перед собой.
Обратную дорогу весь экипаж хранил мрачное молчание, если не считать того, что Никитин указывал дорогу до Лилиного дома.
Выйдя из машины, Лиля молча направилась во двор. Никитин бросился за ней.
- Эй, парень! А заплатить! - испуганно залопотал шофер.
- Жди здесь! - крикнул Никитин. Он догнал Лилю и очутился в классической позиции влюбленного - между возлюбленной и дверью.
- Пустите меня, - сказала Лиля строго. - Вы ужасный человек. Мы едва еще знакомы, и вы... Пустите меня, я не хочу вас видеть.
- Не пущу, - заявил Никитин с отчаянием, -не пущу до тех пор, пока вы не скажете, что не сердитесь.
- Идите, вас ждет шофер, - сухо отвечала Лиля.
- Он будет ждать до тех пор, пока вы не скажете, что не сердитесь на меня, - запальчиво сказал Никитин.
- В таком случае вы будете разорены...
Диалог затянулся на полтора часа. Никитин говорил о том, что не хотел обидеть Лилю, что все вышло помимо его воли, объяснился между прочим в любви и продолжал "осаду крепости" с соответствующими случаю отчаянием и упорством. Лиля говорила о том, что еще никто в жизни с ней так не обращался и что она, наверное, никогда не простит Никитину эту грубость, а себе глупость и легкомыслие, с которыми она села в машину. Два раза в воротах появлялся шофер, кричал: "Эй, парень!" - и, неслышно ругаясь, исчезал. Появившись в третий раз, он крикнул: "Не меньше полбумаги", - и погрозил пальцем.