- Идите, идите, - все еще насмешливо сказала Лиля. - Вы пустите себя по миру, а потом будете обвинять меня...

- Вам не надоело? - кипятился Никитин. - При чем здесь шофер и его такси? Я могу оплатить в таком случае самолет. Ясно это вам? Вы мерзнете это другое дело. Скажите, что вы простили мне... и я уйду.

- Хорошо. Я все скажу завтра вечером. И она насмешливо добавила:

- Только не приезжайте, пожалуйста, на такси. Таким образом можно вырвать даже признание в любви.

- До свиданья!

- До свиданья! - послышалось уже за дверью. Шофер нетерпеливо прохаживался вдоль машины.

- Едем ко мне... или лучше к моим друзьям. Там расплатимся, - весело сказал Никитин и, с силой захлопнув дверцу, добавил: - Погоняй!

Назавтра было воскресенье, и Лиля с утра ушла гостить к своей тете, которая жила на окраине города. Там, помогая поливать капустные грядки, Лиля со всеми подробностями описала вчерашний вечер.

- Нахал, - заключила добродушная Надежда Ивановна, - самый натуральный нахал. Неделю как знаком с девушкой - и уже такие штуки...

Надежда Ивановна была женщиной пожилой, одинокой и доброй. Больше всего на свете она любила племянницу, чай с малиновым вареньем и разговоры о нравственности.

- Таких, милая, гнать надо, - продолжала она. - Он случайно не Эдик? Мне почему-то кажется, что все Эдики ходят в узких штанах и все - негодяи. Ты, Лиля, будь начеку, ты совсем еще ребенок. Ты можешь наделать массу глупостей...

После обеда Лиля уснула на большой, как стол для игры в пинг-понг, кровати Надежды Ивановны. Ей приснился вчерашний водитель такси. Он пришел к крыльцу ее дома с букетом цветов и, смущенно улыбаясь, бормотал какие-то нежности. Лиля проснулась и рассмеялась. Тотчас же в спальню вошла Надежда Ивановна.