"Бродячая Собака". За одним из столиков сидят господин и дама случайные посетители. "Фармацевты" на жаргоне "Собаки". Заплатили по три рубля за вход и смотрят во все глаза на "богему".

Мимо них неверной походкой проходит Тиняков. Останавливается.

Уставляется мутным взглядом. Садится за их стол, не спрашивая. Берет стакан дамы, наливает вина, пьет.

"Фармацевты" удивлены, но не протестуют. "Богемные нравы... Даже интересно"...

Тиняков наливает еще вина. "Стихи прочту, хотите?"

"...Богемные нравы... Поэт... Как интересно... Да, пожалуйста, прочтите, мы так рады..."

Икая, Тиняков читает:

Любо мне плевку-плевочку

По канавке проплывать,

Скользким боком прижиматься...

"Ну что... Нравится?" - "Как же, очень!" - "А вы поняли? Что же вы поняли? Ну, своими словами расскажите"...

Господин мнется. "Ну... это стихи... вы говорите... что вы - плевок... и..."

Страшный удар кулаком по столу. Бутылка летит на пол. Дама вскакивает перепуганная насмерть. Тиняков диким голосом кричит:

"А!.. Я плевок!.. Я плевок!.. А ты..."

Этот Тиняков в 1920 году неожиданно появился в Петербурге. Он был такой же как всегда, грязный, оборванный, небритый. Откуда он взялся и чем занимался - никого не интересовало. Однажды он пришел в гости к писателю Г. Поговорили о том, о сем, перешли к политике. Тиняков спросил у Г., что он думает о большевиках. Тот высказал, не стесняясь, что думал.

"А, вот как,- сказал Тиняков.- Ты, значит, противник рабоче-крестьянской власти! Не ожидал. Хоть мы и приятели, а должен произвести у тебя обыск". И вытащил из кармана мандат какой-то из провинциальных ЧК...

* * *

В 1916 году я был в Москве и завтракал с Садовским в "Праге". Садовский меня "приветство-вал", как он выражался. Завтрак был пышный, счет что-то большой. Когда принесли сдачу, Садов-ский пересчитал ее, спрятал, порылся в кармане и вытащил два медных пятака. "Холоп! - он бросил пятаки на стол,- Тебе на водку".- "Покорнейше благодарим, Борис Александрович",подобострастно раскланялся лакей, точно получив баснословное "на чай". Я был изумлен. "Балованный народ,- проворчал Садовский.- При матушке Екатерине за гривенник можно было купить теленка"...