- Хотите мне рассказать?

Может, он пришел именно за этим. Но красавец покачал головой - он пришел не за этим.

- Что мне делать? - спросил он и поднял глаза на Гию. Брови у него были высокие.

- Живите, как все.

- Но я уже не могу, как все...

- Тогда я не знаю...

В конце дня в кабинет N 88 позвонил Вахлаков.

- Приезжай!.. - коротко распорядился Вахлаков. - Ты должен сказать, что я - это я. Меня в ресторан не пускают.

- Мне не хочется ехать, - извинился Гия. - У меня плохое настроение.

- А у меня, думаешь, хорошее? С пяти часов хожу от одной рожи к другой. Никто не верит.

- Вы покажите им удостоверение.

- Так я же на удостоверении старый.

Гия ничего не сказал.

- Ты меня слышишь? - заорал Вахлаков.

- Слышу, - спокойно сказал Гия.

- Возьми паспорт, - продолжал орать Вахлаков.

- Сначала объяснишь, что ты - это ты, а потом, что я - это я!

В ресторане было тихо - гораздо тише, чем в других московских ресторанах. Когда кто-нибудь шел по проходу, все оборачивались и смотрели, кто идет. Все знали друг друга.

Если появлялась красивая женщина, все опять оборачивались и смотрели сначала на женщину, а потом на того, с кем она пришла.

Когда вошли Гия и Вахлаков, на них никто не обратил внимания. Вахлакова не узнавали. Он стал худой, пиджак на нем висел, как на вешалке, шея вытянулась и нос вытянулся. В профиль он походил на ощипанного орла.

Гия и Вахлаков сели за столик возле деревянной лестницы. За соседним столиком сидела красивая женщина и слушала своего собеседника, который ругал Вахлакова.

- Банкет... - рассказывал собеседник, - человек на сорок. А в конце ужина он встает и произносит заключительную речь: "У нас в государстве все равны, поэтому платит каждый за себя".

- Неправда, - вмешался Вахлаков. - Совсем другая была речь.

- А вы откуда знаете? - высокомерно спросил собеседник. - Вы что, там были?