В рассказах 1924 - 1925 годов Катаев рисует целую галерею типов разнообразных приспособленцев, тех, что, по слову Маяковского, "наскоро оперенье переменив... засели во все учреждения". Простосердечен и ясен кассир Диабетов, который, не понимая существа исторических перемен, происшедших в стране, пытается механически к ним приспособиться. Добросовестно по шпаргалке он зубрит политграмоту: "Кто ренегат? Каутский. Кто депутат? Пенлеве. Кто кандидат? Лафоллет..." и т.п. Комизм рассказа в том, что Диабетов производит на комиссию по чистке впечатление сумасшедшего: он отвечает на вопросы невпопад, вопреки всякому смыслу, добросовестно придерживаясь заученного порядка ответов. Но сам-то кассир весьма собой доволен. Он уверен, что вполне стоит на уровне требований эпохи ("Выдержал"). К "механическим гражданам" типа Диабетова относится и поэт Ниагаров, который деятельно перелицовывает известное пушкинское стихотворение, "внося" в него "новую идеологию" и "современность". Он никак не может понять, почему его стихи в редакциях неизменно отвергают ("Птичка божия").

Значительно опаснее и агрессивнее другой тип приспособленцев, выведенный Катаевым в рассказах "Товарищ Пробкин", "Первомайская пасха", "Емельян Черноземный" и др. Их герои расчетливо маскируют свою истинную сущность, протаскивая под видом нового старые, собственнические идеалы и старые отношения между людьми.

Теме создания новых человеческих отношений, чистых, не запятнанных стяжательством, какой-либо выгодой, посвящена группа рассказов Катаева, относящихся к концу 20-х годов, таких, как "Ножи" (1926), "Вещи" (1929), "Ребенок" (1929) и др. Эта тема возникла впервые уже в одной из его ранних новелл - "Зимой" (1923), где писатель столкнул двух героев, выразителей антагонистических мировоззрений.