- За нами не пропадет, заявляю официяльно...

У хозяина уши обвисли.

- Товарищи матросы, я, я...

Покатились, задребезжали счеты по полу...

Мишка подшагнул к хозяину и надвинул ему плисовый картуз на нос.

- Старик, ты нам денег взаймы не дашь?.. А?

Черный рот хозяида захлебывался в хлипе, в бормоте...

Ванька вмиг сообразил всю выгодность дела. Ухватился за ввернутое в пол кольцо, понапружился, распахнул тяжелую западню подпола.

- Живо!

- Бей!

- Хри-хри-христое...

Старика пинком в брюхо

в подпол.

Западня захлопнулась.

- Есть налево!

- Фасонно.

Деловито обшарили полки, прилавок. Выгребли из конторки пачки деньжат. Сновали по лавке проворнее, чем по палубе в аврал.

- Стремь, Ванчо.

- Шемоняй.

Мишка кинулся в комнату, провонявшую лампадным маслом и дельфиньей поганью.

Ванька из лавки вон. У двери присел на тумбу и, равнодушно поглядывая по сторонам, задымил трубкой.

К лавке подошла покупательница, хохлатая старушка.

Ванька поперек.

- Торговли нет, приходи завтра,

- Сыночек, батюшка...

- Торговли нет, учет товаров!

- Мне керосинцу бутылочку...

- Уйди!.. - рассердился матрос и угарно матюкнулся.

Старуха подобрала юбки и, крестясь, отплевываясь, отвалила.

Мишка из лавки, на Мишке от уха до уха улыбка заревом, банка конфет под полой у Мишки.

- Не стремно?

- Ничуть.

- Пошли?

- Пошли, не ночевать тут.

- Клево дело!

Неподалеку на углу, подперев горбом забор, позевывал мордастый "пес": в усах, в картузе казенном, и пушка до коленки.

Подкатились к нему.

Из озорства заплели вежливый разговор:

- Землячок, скажи, будь добер, в каком квартале проживает крейсер нашинский? До зарезу надо...

- Ищем-ищем, с ног сбились...