В XX веке ориентация на литературную реальность не просто усилилась, но изменилась до неузнаваемости, именно на узнавание рассчитанной. Современные названия строятся так, чтобы не оставалось ни малейшей иллюзии относительно их жанровой природы - они цитаты. Безусловная в приведенных примерах природа их не менее очевидна и в таких, отдающих прошлым веком, заглавиях, как ''Хождение по мукам'', ''Доктор Фаустус'', ''Мастер и Маргарита''.

Что же произошло? Произошло радикальное смещение литературы в филологию: литература XX века представляет себе действительность как форму отраженного литературного сознания, как текст в ряду других текстов, требующих для своего понимания филологического анализа, то есть сопоставления и соединения с уже написанными другими текстами. Какой именно текст избран для сравнения - указано в цитате, вынесенной в заглавие.

''Хождение по мукам'' - усеченное ''Хождение Богородицы по мукам'', ''Доктор Фаустус'' - растянутый на слог ''Фауст'', поставив между Маргаритой и романом эпиграф из Гете, к тому же ''Фаусту''со своей непреложностью отсылает нас Булгаков."

Конец цитаты.

Длинно? Длинно. Интересно? Необычайно. Кроме всего прочего, как "текст в ряду других текстов". Но и не только. И все-таки - неужели все это потребовалось уважаемым авторам только для того, чтобы обосновать ясную каждому школьнику кровную связь "М. и М." с "Фауста"? Из пушки по воробьям?

Едва ли. Вспомним, что, как уже было отмечено, "заголовок есть первая рецензия", а также и то, что начало русской литературе было положено двумя произведениями, написанными в более чем странных жанрах: романом в стихах "Евгений Онегин" и поэмой в прозе "Мертвые души", идею которой подбросил Гоголю Пушкин. И вообще, Эко, не довольствуясь этой "рецензией", присовокупил в послесловии к "Имени розы":