Сохраняются шансы и на переориентацию нового учебного курса в более толерантном, плюралистическом духе. Сами по себе высказывания высших чиновников в поддержку курса вполне толерантны:
Наша задача – создать возможность для получения сертифицированных и стандартизированных знаний о мировоззрениях и традиционных для нашей страны религиях. А верить или не верить – это уже личное дело каждого. Государство не может подталкивать человека ни к тому, ни к другому
Пафос этой декларации Сергея Кириенко и ей подобных, произносимых другими, должен как-то отразиться на сути конкретной программы обучения, рекомендуемой школам. 18 декабря 2002 г. Министерство образования заявило, что поправки действительно будут внесены. Более того, в пресс-релизе
Каковы окажутся реальные последствия всех вышеописанных маневров, предсказать пока невозможно. Повторим, что некоторое, медленное и неравномерное, продвижение православного образования в школу совершенно неизбежно. Но вопрос скорее не в темпах, а в качестве.
Заключение
Итак, в первые годы президентства Владимира Путина неопределенные отношения, сложившиеся между Церковью и государством при Борисе Ельцине, так и не приобрели определенности. Церковь стала лояльнее к власти, но не стала управляемее. Власть лишь в очень небольшой степени реально использует Церковь для своей легитимации, но и Церковь добилась от власти скорее символической, чем реальной поддержки.
Для церковно-государственных отношений существует несколько объяснительных моделей. Не стремясь дать их полный обзор, отметим лишь некоторые.
Широко распространена модель, согласно которой путинское правление эволюционирует к авторитарному режиму с православно-патриотической идеологией, а Московская Патриархия втайне приветствует эту эволюцию и надеется вернуться к дореволюционному режиму государственной Церкви