Толстой дает своим читателям некоторые советы относительно того, как практически овладеть новой счастливой жизнью. Для этого надо жить в единстве с природой, с землей, при свете солнца и на свежем воздухе. Он считает основой человеческого блага труд, но труд любимый. Работать надо не для того, чтобы накапливать материальные блага; ибо "Человек не затем живет, чтобы на него работали, а чтобы самому работать на других. Кто будет трудиться, того будут кормить".( Там же, стр. 128.) Третье условие правильной жизни - семья, но такая, где дети - счастье, а не обуза. Еще одно условие счастливой и правильной жизни - "свобод-ное, любовное общение со всеми разнообразными людьми мира". И, наконец, последнее - здоровье и безболезненная смерть. Толстой считает, что в современном ему обществе "чем ниже, тем здоровее, и чем выше, тем болезненнее мужчины и женщины. Деревенские мужики, - говорит он, - несмотря на свою тяжелую работу и скудную пищу, здоровее городских жителей, бар, чиновников и купцов".

Вот, собственно, и все элементы того, что можно назвать "учением Толстого". Собственно, никакого нового учения Толстой не создал. Он лишь соотнес Евангельские заповеди с поведени-ем человека XIX века, человека, живущего в современном христианском якобы государстве. Но как раз это-то Толстой и отрицает: он не считает Россию христианским государством, вернее не считает христианским государственный аппарат и официальную государственную церковь. Он обвиняет церковь в искажении заповедей Спасителя. И не только православную церковь, но и католическую и протестантскую. Но особенно православную, за то, что она освящает войны, суды и казни, рабство и разводы, службу в армии, ненависть к иноверцам. "Церковь на словах признала Христа, - пишет Толстой, - а в жизни прямо отрицала его".