Заканчивая 22 января 1884 года свою книгу "В чем моя вера", Лев Толстой писал, что церковь, независимо от того, православная она, католическая или протестантская, по существу давно уже мертва, ибо "составляется из людей, взывающих "Господи! Господи!" и творящих беззаконие" (Матф., VII, 21,22). Но нарождается другая церковь, состоящая "из людей, слушаю-щих слова сии и исполняющих их... Мало ли, много ли теперь таких людей, но это - та церковь, которую ничто не может одолеть, и та, к которой присоединятся все люди".

Он закончил книгу на высокой оптимистической ноте, процитировав стих из Евангелия от Луки (ХII,32) "Не бойся, малое стадо! ибо Отец ваш благоволил дать вам Царство".

Позднее, уже в советское время, все, кто писал о религиозных исканиях Льва Толстого, утверждали (таков был "социальный заказ"), что автор книги "В чем моя вера" вовсе не интересовался последователями и не стремился обзаводиться учениками(М.В.Муратов в книге "Л.Н.Толстой и В.Г.Чертков" (М., 1934, стр. 180) пишет: "Перспектива иметь последователей, объединенных в своего рода секту, нисколько Толстого не радует".). Это неверно. Великий моралист вовсе не был равнодушен к распространению своих взглядов. Больше того, он хотел, чтобы как можно больше людей постигли ту прекрасную истину, которая открылась ему при вдумчивом чтении Евангелия. Естественно, мечтал он при этом не о секте, а о массовом этическом движении. Ему казалось (особенно в начале 80-х годов), что людям очень просто будет постигнуть, что ядро учения Христа заключается в том, чтобы не отвечать злом на зло и насилием на насилие. И как только люди поймут эту немудреную истину, так и жизнь свою смогут перестроить в согласии с ней. И тогда - кто знает? может быть, вся Россия, а за ней и весь мир стронется, сдвинется с извечно накатанной дороги войн, злодеяний и угнетения.

Открыв для себя путь спасения, Толстой, в отличие от некоторых других более поздних писателей и мыслителей, не стал выдавать себя за мессию, открывателя великих истин. Он представлял себя обществу скорее как толмач, переводчик, которому случайно удалось разобраться в тайнах Христовой речи. Но при этом он искренне верил в то, что подлинные евангельские истины, в том виде, как он их постиг, могли бы преобразить общество, способное их усвоить и практически применять в жизни.