Совершеннейшее выражение сего чувства веры находится в откровении.

Таковы четыре условия общества, соответствующие по древним понятиям четырем стихиям мира (это были символы, предугадываемые древними). Их ни больше, ни меньше; когда недостает одного, общество (как животный организм заменяет один член другим - кость хрящом и пр., ибо в природе важное явление есть символ другого) заменяет другим, так любовь у римлян заменялась званием римлянина.

В истории первый век до Гомера был развитием лишь одной стихии - науки.

С Гомера до христианства прибавилась к тому поэзия. {2}

С христианства до нашего времени прибавилась любовь, явившаяся прежде всего в мучениках; ныне невольно все действия человека имеют целию обращаться на пользу человечества; это дошло до того, что Бентам {3} нашел любовь к человечеству даже в расчетах своекорыстной пользы.

Теперь начинается заря Веры; оттого видим торжество умозрительное и стремление к христианству.

Всякий прилив новой стихии должен был на первую минуту уничтожать предшедшую стихию, как прилив одной жидкости в другую, и прежняя стихия должна была явиться снова через некоторое время, но уже измененная второю. Оттого в Греции поэзия на время истребила науку, которая явилась впоследствии; римское христианство на время поглотило и науку и искусства, которые явились во времена возрождения наук (около 1500).

В наше время вера должна истребить науки, искусство и любовь, чтобы возродить их в новой форме.

Очевидно, что сии условия могут являться под бесчисленными формами. Их гармония или ослабление того или другого суть действительные признаки здравия или болезни общества. Очевидно также, что во время бытия общества они проходят с ним периоды его рождения, возрастания и упадка. Итак, история обществ есть история их просвещения в том смысле, который мы придаем сему слову.