Спаслась Авдотьюшка. И кошелочку спасла... Авдотьюшка вдоволь на свете пожила, умная. Она не правду ищет, а продукты питания. Да день такой, что уж не по плану. Зашла в одну "килинарию". Тихо, спокойно, воздух чистый, и прилавки чисто прибраны. Хоть бы что туда положили для виду. Хоть бы кость собачью. Продавщица сидит, рукой щеку подперла. Народ входит, ругается-плюется. А Авдотыошка вошла, постояла, передохнула и спрашивает:
- Лангетика посвежее не найдется, милая? Или антрекотика помягче?
- Ты, видать, бабка, адресом ошиблась,- отвечает ей продавщица,- тебе не в кулинарию надо, а к главному врачу... Не видишь разве, что на прилавке? Авдотьюшка не обиделась. - Спасибо,- говорит,- за совет. И в другую "килинарию". Заходит - есть! У какой-то шляпы почки отбила.
Почки эти, как в анатомичке, одиноко мокли на блюде, и шляпа их изучал-нюхал. То снимет очки, то наденет. Авдотьюшка быстро к кассе и отбила. - Как же,- кричит интеллигент,- я первый. - Вы нюхали, а мамаша отбила,говорит торговый работник. - А другие?
- А других нет... Вот купите деликатес, редко бывает.
Глянул интеллигент - что-то непонятное. Прочитал этикетку: "Икра на яйце". Пригляделся, действительно, не свежее, но яйцо вкрутую, пополам разрезанное. А на сероводородном желтке черный воробьиный навоз. - Где же икра?
- Сколько положено, столько есть. Тридцать грамм. А сколько вы хотели за такую цену?
Цена такая, что еше при волюнтаристе Хрущеве, еще накануне исторического октябрьского Пленума 1964 года, внесшего перелом в развитие сельского хозяйства, за такую цену двести грамм хорошей икры купить можно было в любом гастрономическом магазине. Быстро же движется Россия, словно за ней собаки гонятся...