Одноглазый и черненькая приближаются к выходным дверям вокзала,

- Может, напишете, Евдокия Петровна? - спрашивает одноглазый.

- Да, да... - кивает черненькая, отводя глаза. Видимо, ей тоже тяжела эта, ею же решенная, разлука

- Не поминайте лихом, Николай Петрович!.. - И будто боясь, что она не выдержит, черненькая почти бегом устремляется прочь от парня.

- Мама! Куда ты? - настигает ее отчаянный крик.

Черненькая замерла на всем бегу и шатнулась, как будто от удара в грудь. Она даже невольно поднесла руку к сердцу, куда сладкой болью проникли эти слова.

А девочка подбежала к ней, ухватила за платье своими маленькими руками.

- Ты нас бросаешь, мама? - с прежней, недетской интонацией говорит она

У черненькой хлынули слезы.

- Разве мамы бросают своих дочек? - говорит она - Я вернусь, очень скоро вернусь!..

- Это правда? - тихо спрашивает, подходя, одноглазый.

- Детей нельзя обманывать, Николай Петрович! - сквозь слезы улыбается черненькая.

Они прощаются, и парень уходит об руку с приемной дочерью через рельсы к темным липам, высаженным по краю дороги, убегающей вдаль.

Черненькая подходит к жене бригврача

- Ты плачешь, Дусенька?

- Как же не плакать? - знакомым баском отвечает черненькая. - Сроду с парнем не поцеловалась, и пожалуйста - уже жена и мать!..

- Поезд на Москву отходит с третьей платформы! - звучит голос вокзального диктора.

Пассажиры спешат на посадку.

И снова почетный эскорт сопровождает молодую мать. Впереди черненькая с младенцем, затем тетя Паша с вещами, корреспондент бережно, под руку, ведет Нину Ивановну.

И люди, спешившие на посадку, почтительно расступаются перед Матерью...

...Корреспондет и Лена сидят на скамейке близ станции Бекетовка.

- Замечательные люди - ваши спутники! - от души говорит Лена.

- Обычные люди, - пожимает плечами Сергеев, - каких мы постоянно видим вокруг себя.