Майкл кивнул.

- Давай живее, вводи координаты цели и выпускай ракеты, - Кровальски сильно нервничал, ведь по сути это была первая миссия, которая проходила с таким значительным сбоем, как бунт экипажа.

Руки бортпилота бегали по кнопкам, щелкали какие-то тумблеры. Капитан всегда жалел, что в него не загрузили навыки пилота, но это было слишком непредсказуемо для здоровья, и его родители решили не рисковать. Жаль, ему бы так хотелось понимать, что нужно нажимать для того, чтобы навести ракеты на цель и поразить объект.

Наконец руки Смита замерли, и он пробормотал:

- Ракеты наведены.

- Отлично, - капитан ухмыльнулся, - тогда давай, запускай их.

Майкл нажал на какую-то кнопку, и капитан почувствовал столь знакомый толчок из под днища.

Но почему же бортпилот, который, казалось бы, должен быть расстроен этим, так странно смотрит на него. Капитан занервничал.

-Я... я слишком люблю эту планету, капитан Кровальски, - прошептал Майкл.

В тот момент, когда слеза, выкатившияся из его глаза, упала на железный пол, ракеты сделали совершенно странный маневр, и в космосе беззвучно разлилась вспышка света.

Ветер

Когда часы пробили полдень, - в дверь позвонили. Сегодня я не ждал гостей, поэтому слегка удивился. Мое удивление стало еще большим, когда я увидел за дверью мальчика лет шестнадцати, фактически моего ровесника. Мы никогда не встречались раньше, и я, открыв, - недоуменно уставился на него.

-Разреши воспользоваться твоим окном, - сказал он, глядя в мои глаза.

Сначала я не понял всю абсурдность вопроса и пробурчав что-то вроде "конечно-конечно" пустил его в квартиру.

-Понимаешь, я бы конечно с радостью, не утруждая тебя, воспользовался окном в подъезде, но они как назло все заколочены, никак не получалось открыть - его тихий и проникновенный голос завораживал.

-Постой, что ты собираешься сделать? Прыгнуть вниз? Ты, наверное, самоубийца? Не получится, это всего лишь второй этаж.