Он протянул Тимоше плоский пузырёк из-под одеколона. Там, распластавшись в мутной тесноте, сидел маленький серый лягушонок с тоненькими прозрачными лапками.

- Потляси! - сказал беззубый Христя Беглый. - Он длыгаться будет.

- Ух ты! Как же ты его туда засадил?

- В том-то и штука! - Васька Калмыков говорит. - Горлышко-то узенькое, только спичку можно просунуть, а лягва здоровая...

- Ха! - отвечает Валька. - В большую-то бутылку любой дурак может лягушонка посадить. А тут научное достижение. Я в пузырёк махонького головастика затолкал, а уж он там сам вырос.

- Видал! - ахнул Христя.

- Я, конечно, воду менял, подкармливал его...

- Вот у человека терпение! - говорит Васька. - Это ж надо: и воду менять, и подкармливать.

- Ещё бы! - отвечает Валька. - Тут без терпения и браться нечего. У меня, может, десять головастиков в пузырьках сидели, да все передохли, а этот вот выжил. Значит, эксперимент получился.

Все мальчишки после таких научных слов даже замолчали.

- Вот я вам показать вынес, а то, думаю, и этот сдохнет, вы так ничего и не увидите!

- Ловко! - сказал Тимоша и пошёл обратно к деду на завалинку.

- Там Валька научного лягушонка показывает, в пузырьке вырастил! - И он рассказал деду про Валькин опыт.

- Сидит, значит, - вздохнул дед и примолк.

Он не удивился, не похвалил Вальку за терпение. И пруток в его больших пальцах вдруг хрустнул и сломался.

Тимоша посмотрел на дедовы ноги и подумал о лягушонке, бледном, прозрачном и совсем на лягушонка не похожем. Лягушонкины товарищи в пруду скачут, а этот сидит и не может ни поплавать, ни попрыгать...

Нож у Тимоши из рук выпал, а он и не заметил. Он представил, что это они с дедом Аггеем сидят вот так, распластавшись, в душной горячей прозрачной банке. Чьи-то огромные глаза приближаются и рассматривают их, потом встряхивают, и они больно ударяются о стенки пузырька и от боли двигаются.