- Герасименко, иди в класс. Чернышев, пошли со мной...

- Ну, Зинаид Михална...

- Пошли, пошли! Герасименко, скажи, чтоб не шумели. Я скоро зайду к вам.

Гера побежал прочь.

Завуч с Чернышевым пошли в противоположную сторону.

- Идем, Чернышев. Ты, я вижу, совсем обнаглел. Вчера с Большовой, сегодня Герасименко по полу возит...

- Зинаид Михална, ну я не буду больше...

- Иди, иди. Не упирайся. Вчера Большова плакала в учительской! А, кстати, почему ты не зашел ко мне вчера после уроков? А? Я же просила тебя?

- Ну, я зашел, Зинаид Михална, а вас не было.

- Не было? Ты и врешь еще нагло. Молодец.

Зинаида Михайловна подошла к своему кабинету, распахнула дверь:

- Заходи.

Чернышев медленно вошел.

Зинаида Михайловна вошла следом, прикрыла дверь:

- Вот. Даже здесь я слышала, как вы кричали. По всей школе крик стоял.

Она бросила ключи на стол, села, кивнула Чернышеву:

- Иди сюда.

Он медленно побрел к столу и стал напротив.

Зинаида Михайловна сняла очки, потерла переносицу и устало посмотрела на него:

- Что мне с тобой делать, Чернышев?

Чернышев молчал, опустив голову. Мятый пионерский галстук съехал ему на плечо.

- Тебя как зовут?

- Сережа.

- Сережа. Ты в пятом сейчас. Через каких-то два года - восьмой... А там куда? С таким поведением, ты думаешь, мы тебя в девятый переведем? У тебя что по поведению?

- Тройка...

- А по алгебре?

- Четыре.

- Слава богу... а по литературе?

- Тройка.

- А по русскому?

- Три...

- Ну вот. Ты в ПТУ нацелился, что ли? Чего молчишь?

Чернышев шмыгнул носом:

- Нет. Я учиться дальше хочу.

- Не видно по тебе. Да и мы тебя с такими оценками не допустим. С поведением таким.

- Зинаид Михална, но у меня по геометрии пять и по рисованию...