Зинаида Михайловна уложила очки в футляр:

- Поправь галстук.

Чернышев нащупал узел, сдвинул его на место.

- Кто у тебя родители?

- Папа инженер. А мама продавец. В универмаге "Москва"...

- Ну? Так в чем же дело? Ты что, решил с Куликова пример брать? Но он-то в детдоме воспитывался, а у тебя и папа и мама. Ему подсказать некому, а тебе-то? Неужели родителям все равно, как ты учишься?

- Нет, не все равно...

- Отец дневник твой смотрит?

- Смотрит.

- Ну и что?

- Ругает...

- А ты?

- Ну... я не буду больше так себя вести, Зинаид Михална...

- Ну что ты заладил, как попугай! Ты же пионер, взрослый человек! Дело не в том, будешь ты или не будешь, а в том, что из тебя получится! Понимаешь?

- Понимаю... я исправлюсь...

Зинаида Михайловна вздохнула:

- Не верю я тебе, Чернышев.

- Честное слово...

- Да, эти честные слова твои... - усмехнувшись, она встала, подошла к окну, зябко повела полными плечами. - Что у тебя вчера с Большовой вышло?

Чернышев замялся:

- Ну... я просто...

- Что, просто? Просто обидел девочку? Так просто - взял и обидел!

- Да я не хотел... просто мы догоняли друг друга... - играли...

- Игра, Чернышев, слезами не кончается...

- Но я не хотел, чтоб она плакала.

- Поэтому ты ей юбку задирал?

- Да я не задирал... просто...

Зинаида Михайловна подошла к нему:

- Ну, зачем ты это сделал?

- Ну она щипала меня, Зинаид Михална, по спине била...

- А ты юбку задрал? Ты, пионер, задрал юбку?! Чернышев? Если бы уличный хулиган вроде Куликова задрал бы, я б не удивилась. Но - ты?! Ты же в прошлом году на городскую олимпиаду по геометрии ездил! И ты - юбку задирал?

- Но я один раз...

- Но зачем? Зачем?

- Не знаю...

- Но цель-то, цель-то какова? Ты что, хотел посмотреть, что под ней?