Атакиши. Мамдазил...

Балаш. Да нет же, не так. Черт возьми, как быть, а? А впрочем, лучше ты вовсе не говори, даже рта не раскрывай, я скажу, что ты немой.

Атакиши. Как-немой?

Балаш. Да, да, так лучше.

Голос Эдили: "Куда же вы пропали, Балаш?..."

Балаш. Иду, иду! (Тихо, Атакиши). Ты подожди меня, я сейчас. (Уходит в другую комнату).

Оставшись один, Атакиши растерянно озирается вокруг. Ему кажется, что он упадет. Осторожно передвигая ноги, он пробует ходить. Вдруг взгляд его останавливается на зеркале. Он видит себя в одежде покойника и в ужасе бежит из комнаты, но на пороге спотыкается и падает.Вбегает Севиль и вскрикивает от страха. Из другой комнаты выбегает на крик Балаш.

Балаш. Тише! Что ты орешь?

Севиль (дрожа от страха, показывает на дверь). Покойник, покойник пришел!

Занавес

ДЕЙСТВИЕ ВТОРОЕ

В том же доме.

Балаш. Простите, Эдиля, что я оставил вас одну.

Эдиля. Наша будущая жизнь, Балаш, зависит от этого вечера. Вы должны сегодня при всех доказать мне свою любовь.

Балаш. Я всегда у ваших ног, Эдиля. Ваше желание - для меня закон.

Эдиля. Ваш отец выйдет к нам?

Балаш. Если прикажете, вся моя семья склонится к вашей прекрасной ручке. Но, Эдиля, мой отец ведь немой,

Эдиля. Тем лучше, ему бы только показаться.

Абдул-Али-бек. Совершенно правильно, как раз и я об этом сейчас думал.

Мамед-Али. И вовсе неправильно. Что правильно? Что бы ни говорили, ты все находишь правильным.

Балаш. Господа, товарищи, друзья и милостивые государи! Прошу садиться.

Эдиля. Да, да! Садитесь. Я хочу сегодня развлекаться и развлекать весь мир. (Достает пудреницу). Господа, товарищи! Прошу отвернуться. Раз, два, три.

Все отворачиваются, кроме Мамед-Али.

А вы куда смотрите?