Этот офицер был не тот, который допрашивал Гершановича в первый раз, поэтому Гершанович вторично предложил свое изобретение: можно одной пулей убивать не шестерых, а семерых, седьмой умирает не сразу, а потом, но тоже все равно умирает, для государства же получается экономия на огне в четырнадцать процентов.
- Седьмой не погибает, - сказал офицер. - Пробойная сила пули значительно ослабевает уже в шестой голове. Мне докладывали, что раньше здесь пробовали ставить седьмого, он уцелел и скрылся из незарытой могилы, раненный в затылок.
- Он умел уцелеть, - разъяснил Гершанович, - он был понимающий, и то голова его болела, ему ее повредили. Я знаю!
- Кто это был? - спросил офицер.
- А я знаю кто? Мало ли кто: жил один человек, жил мало, его убивали, он опять жил и умер сам, скучал по семейству...
Офицер подумал:
- Испытаем новый выпуск модернизированного мушкета - вы будете седьмым, но для опыта я поставлю и восьмого.
- Ну, конечно! - охотно согласился Гершанович.
- Интересно, - говорил офицер, - в мозгу ли у вас останется пуля или пробьет в лоб и выйдет в восьмого? У этих мушкетов жесткий огонь, но их пробойная сила неизвестна...
- Это интересно, - сказал Гершанович, - мы с вами это узнаем, - и подумал про офицера, что он глупый человек; затем конвойный солдат увел узника.
5
В общей камере, населенной будущими покойниками, шла обычная жизнь: люди чинили одежду, беседовали, спали или размышляли о том, какая у них есть жизнь и какая она должна быть по мировой правде. Камера не имела окон; круглые сутки в ней горела маленькая керосиновая лампа, и только вновь прибывший заключенный мог сказать время, но вскоре время опять забывали, о нем спорили, и никому не известно было достоверно - день или ночь идет на свете, а это всех интересовало.
Гершанович нашел себе место на полу и лег отдохнуть; его беспокоила теперь мысль - кто будет восьмым на расстреле; ему, этому восьмому, обеспечено верное спасение, если восьмой не окажется трусом или глупым человеком. "Плохо, - думал Гершанович. - Его пуля ударит слабо, если меня она убьет, - ну она кость ему может повредить, только и всего, - а он подумает, что его убило, и умрет от страха и сознания".